Фрагмент концерта Олега Митяева и Константина Тарасова в Московском центре авторской песни 5 октября 1992 г.

Вот и снова грибная пора —
Редкий штиль в суете городской.
Можно снова летать до утра
Над притихшею летней Москвой.
Не понятен, и прост мой порок:
Постою у окна, помолюсь.
Допивая сиреневый смог,
Город включит созвездия люстр.

И оттолкнувшись от оконного креста,
Как тень листа, я стану легок.
И словно съежится, уменьшится, растерянно отстав,
Квадрат двора со стаей высохших пеленок.

А потом я продолжу полет,
Над рекой, над Таганкой-вдовой.
Как большое трюмо, небоскреб
Отражать будет свет золотой.
Я круги буду в небе писать,
И на стеклах плясать как на льду.
Я тебя буду всюду искать,
И, наверно, опять не найду.

Я никогда тебя не видел, никогда…
И лишь тогда, когда найдешься,
На желтой улице пустой тебя узнаю без труда,
И ты, меня увидев в небе, улыбнешься.

И вот так, бесконечно давно,
Я кружусь и кружусь над Москвой.
Я как будто снимаю кино,
Про случайную встречу с тобой.

И возвратившись, долго я еще не сплю.
Пою и пью, а лето тает.
Пускай стучатся в мой ангар,
Я никому не отворю —
В нетрезвом виде авиатор не летает.

1991 (Альбомы «Светлое прошлое», «Лучшие песни», «Новая коллекция», «Самое-самое» 2CD)

Фрагмент концерта Олега Митяева и Константина Тарасова в Московском Центре авторской песни 5 октября 1992 г.

Не надо сердиться, дружок,
У нас по-другому не будет.
Напрасно играет в рожок
Пастух и окрестности будит.

Уже не проснуться чуть свет,
Уже не бродить по безлюдью.
Не надо сердиться, мой свет,
У нас по-другому не будет.

Мне спится теперь поутру,
Прошла моя блажь в одночасье,
А ты все стоишь на ветру
И бродишь по скверу в ненастье.

Пусть каждый из нас одинок,
Мы всё постепенно забудем.
Не надо сердиться, дружок,
У нас по-другому не будет.

И кто мне всегда говорил,
Что хочет счастливой мне доли,
И случай меня поселил
В большом и ухоженном доме.

И скатерть на круглом столе
И завтрак, и ужин — все вместе.
И можешь представить себе,
Что дети поют твои песни…

1992 (Альбом «Крепитесь, люди, скоро лето!»)

Фрагмент концерта Олега Митяева и Константина Тарасова в Московском Центре авторской песни 5 октября 1992 г.

Повезло прохожему — свободное такси,
Только вот спешить ему некуда.
Он остановился, закурил да пропустил,
Да на небо посмотрел: «Снегу- то…»

Падает размеренно, не скорбя,
Отчего ж тебе так неможется?
У нее другая жизнь, и у тебя,
У тебя, даст Бог, тоже сложится.

Помнишь, ты у шурина брал велосипед,
Уезжал на озеро дальнее.
Там остались ваши отражения в воде,
Их еще хранит гладь зеркальная.

Осень началась тогда в августе,
Зелень желтой грустью наполнилась.
На всю жизнь из давней той радости
Хватит вам того, что запомнилось.

Вот и запускай на память тот видеоклип,
Да крути себе сколько надо лет,
И в пустой квартире пой, покуда не охрип,
Да в окно гляди, как снег падает.

Падает размеренно, не скорбя.
Отчего ж тебе так не можется?
У нее другая жизнь, и у тебя,
У тебя, даст бог, тоже сложится.

1990 (Альбом «Светлое прошлое»)

Фрагмент концерта Олега Митяева и Константина Тарасова в Московском центре авторской песни 5 октября 1992 г.

Наш пароходик отходит в светлое прошлое,
И половины пути не успев отсчитать,
И настоящее время с лицом перекошенным
Плакать не станет на пристани и причитать.

Наш пароходик отходит в светлое прошлое,
В лето с рубашками в клетку, в наивность речей,
В песни забытые и в ожиданье хорошего,
В шелест плащей из болоньи и прочих вещей.

Припев:
В прошедшее, в знакомое
Туда, где февраль и прозрачен, и свеж.
Там в сумерках окно мое
От радости светится и от надежд.
От радости светится и от надежд.

Нас не пугают давно никакие метели,
Но и не греет огней разноцветная слизь…
Ну созвонились, как водится, ну посидели.
Кто-то напился, и заполночь все разошлись.

Наш пароходик отходит в светлое прошлое.
Не без волнений отходит и не без труда.
Не потому, что так хочется нам невозможного,
Просто не хочется больше уже никуда.

Припев:
Ни из окна, где свет погас,
Ни в скит, ни в страну, где получше живут,
В обратный путь — туда, где нас
По-прежнему помнят, жалеют и ждут.

Пахнут короткие дни, словно яблоки зимние.
Странно, что и корвалол пахнет также почти.
Ах, пароходик, хоть на день, прошу, отвези меня,
Ну, отвези хоть на вечер, — за труд не сочти.

1990 (Альбомы «Светлое прошлое», «Лучшие песни», «Новая коллекция», «Опять мне снится старый двор»)

Фрагмент концерта Олега Митяева и Константина Тарасова в Московском центре авторской песни 5 октября 1992 г.

Уж, наверное, ягоды спелые,
Нам не видно в окно палисад,
А в палате стерильные, белые
Стены розовым красит закат.
Но леченье идет без усердия,
А зачем? Мне осталось дня три.
Погоди-ка Сестра Милосердия,
Посмотри на меня, посмотри.

Посмотри на меня некрасивого
(Я и раньше-то был некрасив).
Посмотри, я прошу тебя, милая.
Что ж ты плачешь, губу прикусив?
На Ордынке, у церкви в безветрие
Нам болтать бы с тобой до зари…
Ах, Катюша, Сестра Милосердия,
Посмотри на меня, посмотри.

Вот и все. Вот и больше не надо.
Скоро ангелы в путь протрубят.
Эту, в свете вечернем, ограду,
Этот теплый июль и тебя
Позабыть не успею до смерти я,
Ведь и впрямь мне осталось дня три.
Ради Бога, Сестра Милосердия,
Не смотри на меня, не смотри.

Не смотри, когда утром остывшего
Мужики меня вниз понесут.
Попроси за меня у Всевышнего
Не затягивать божеский суд.
И когда окажусь в земной тверди я,
И наполнится карканьем высь —
В этой церкви, Сестра Милосердия,
Помолись за меня, помолись…
Помолись…

1990 (Альбомы «Светлое прошлое», «Митяевские песни»)

Фрагмент концерта Олега Митяева и Константина Тарасова в Московском центре авторской песни 5 октября 1992 г.

В чужом краю ночной порой,
На родине Рэмбо,
С провинциальною тоской
Вползает под ребро
Печаль коричневой реки,
Унылые цвета
И маета бесснежных зим
В том доме у моста.

В том доме свет еще дрожит
И далека беда,
Но утром мальчик убежит
Из дому навсегда.
А Жак-сосед погладит дочь
Шершавою рукой,
Ну как он сможет ей помочь
Вернуть его домой?

Зеленой меди едкий след,
Как времени слеза.
Она все ждет, а друга нет,
И немы образа.
И облаков чернильных гон
Цепляется за шпиль.
Плывет, как дым, охрипший звон.
Спит город Шарлевиль.

В чужом краю ночной порой,
На родине Рэмбо,
С провинциальною тоской
Вползает под ребро
Печаль коричневой реки,
Унылые цвета,
И маета бесснежных зим
В том доме у моста.

1991 (Альбомы «Светлое прошлое», «Нелучшие песни»)

Фрагмент концерта Олега Митяева и Константина Тарасова в Московском Центре авторской песни 5 октября 1992 г.

Я сбежал. Да, я сбежал.
Впрочем, кто меня держал?
Пусть кому-то хорошо, плохо ли.
По карнизам дождь стучал,
Ветер кроны лип качал,
И они в вдогонку мне охали.

А когда водосточный хорал
Стих в безмолвии, как на погосте,
Провожал меня сонный вокзал
К моему одиночеству в гости.

Одиночество живет на заброшенном лугу.
Летом сорная трава колется.
В стужу хлопьями хандра
Крылья веток гнет в дугу,
И волчица на луну молится.

Я наслушался песен дождя
В светомузыке молний и грома,
Я ночами сидел без огня
И купался в молчании дома.

Отражает взглядом мгла
В острых шпилях купола —
Не поранится б о них веками.
Возвращаться не хочу,
Как бы память ни гнала,
Не стекала б по щекам реками.

Лишь ночами, когда город слеп,
Я по чутким кварталам кочую,
Где бездомные, вмерзшие в снег,
Вдоль дороги машины ночуют.

Я сбежал. Да, я сбежал.
Впрочем, кто меня держал?
Пусть кому-то хорошо…

1989 г (Альбом «Светлое прошлое»)

Концерт Олега Митяева и Константина Тарасова в Московском Центре авторской песни
5 октября 1992 г.